Сидеть ночью на крыше, чувствовать, что ты стал чуть ближе к звездам и чуть дальше от мирских проблем — очень круто. В дыму сигары покрываются тонкой пленкой забытья мерзкие моменты прошедшего дня. Мне часто приходится мотаться по городу — жуткому муравейнику людей. Город всегда голоден. Город – это наша повседневная жизнь. Ты жертвуешь ему свои годы, а взамен получаешь иллюзию полной жизни. Я часто слышу жалобы, что люди стали не те, совсем изговнились, никто не замечает и не подаст руку помощи в случае чего. От этих перлов у меня текут слезы умиления по небритым щекам. Я согласен с тем, что со временем гниль в людях приобретает все более извращенные формы, но, к сожалению, друг друга они замечают. И эти свары, происходящие при контакте, выбешивают. Толстые сучки, которые не могут подождать минуту, пока бедная кассирша не сверится со своей бумагой цен на немаркированные продукты. Брызжущие слюной шавки за ними, наивно полагающие, что их вопли ускорят процесс. А может они и не такие тупые как кажутся, просто они ловят кайф выплескивая свои мерзкие флюиды на неповинных граждан. Молодые обрыганы, думающие, что задирая прохожего, идущего с дамой, они сдвинут себя вверх по иерархической лестнице одноклеточных ничтожеств. Ну так что, замечают же люди друг друга?! Но не так, как в идеализированных кинолентах или романтизированных книгах.
Сколько бы веков не прошло, сколько бы открытий не произошло, человек остается все тем-же эгоцентричным существом. Что видишь в окружающих? Ответ очевиден – ты видишь пересечение двух множеств: множество того, что ты хочешь видеть в человеке и множество того, что он тебе сам хочет показать. Как правило это очень небольшой лживый диапазон.
Каждый сраный день появляются все новые части мозаики. Эдакой мозаики ненависти. Но в мире все же есть вещи, которые позволяют расслабится. Например, такая ночь как эта. Когда к звездам летит дым, наполненный ненавистью. А из бутылки вместе с добрым виски втекают новые порции терпения. Вопрос только — надолго-ли?
